Политика

25.11.2003

"Избирательных пофигистов" больше среди мужчин, русских, молодых, нищих и богатых. А самым активным электоратом являются пожилые, татары, интеллигенция. При этом более лояльны к действующей власти женщины, пожилые, татары, зажиточные и богатые. Мужчин, молодых, необеспеченных больше среди тех, кто в ответах на вопросы социологов продемонстрировал поддержку принципов демократии и политиков, позиционирующихся как демократов.

К таким выводам пришла социологическая группа под руководством Алины Емельяновой, аспиранта кафедры социологии, политологии и менеджмента КГТУ (КАИ), после последнего по времени опроса населения. Три десятка анкетеров в ноябре опросили тысячу казанцев, проживающих в районах, которые составляют один из округов по выборам в Госдуму.

Каким именно кандидатам опрошенные отдали предпочтение и каков градус этого предпочтения - об этом умолчим. И не из нежелания нанести психическую травму кандидатам - аутсайдерам этого опросного рейтинга (хотя кандидаты, пассивному избирательному праву которых причинена даже воображаемая травма, имеют обыкновение пребольно кусаться). А просто эти данные в сопоставлении с октябрьским опросом, проведенным по той же методике, производят настолько странное впечатление, что задача подвергнуть электоральные предпочтения сограждан логическому анализу начинает выглядеть почти невыполнимой.

Вот вам пример. Кандидат, который в середине октября, не являясь известным политиком, едва проходил 5-процентный барьер и наполовину уступал кандидату - лидеру опросного рейтинга, месяц спустя обогнал всех, в том числе вдвое того самого бывшего лидера!.. Рейтинговый рост новичка непропорционально (в сравнении с приростом показателей соперников) велик.

За месяц не сделаешь себе репутации политика, которая является решающим аргументом для избирателя в странах традиционной европейской демократии - за месяц можно сделать себе только рекламу. Имея в наличии вышеприведенную статистику, можно сделать вывод не о демократических или консервативных предпочтениях наших избирателей, а о том, что реклама у нас является главным двигателем политика. А рекламист, делающий видеоролик или заказывающий банер под определенного кандидата, следовательно, ничуть не меньше делает политику, чем будет ее делать этот кандидат, если его изберут.

Особенно интересен в этой связи состав аудитории, на которую работают и рекламисты, и кандидаты. Выяснению этого обстоятельства способствует знакомство с данными опроса. На вопрос, как изменилась жизнь данного респондента в материальном плане за последние 5 лет, 42,18 процента опрошенных ответили: "не изменилась", 26,97 процента - "ухудшилась", 20,88 процента - "улучшилась". Тот же вопрос относительно более длительного срока (15 лет) дает несколько иной результат: "ухудшилась" - 31,51 процента, "не изменилась" - 28,87, "улучшилась" - 21,81 процента.

Что такое - "15 лет"? Хронологически - 1988 год, а в обыденном сознании - еще "советское время". Вывод: почти каждый третий из избирателей слегка или не слегка ностальгирует по материальному достатку советского образца - довольно сердитому, но довольно доступному; иными словами, равенство в бедности.

Понятно, отчего на просьбу анкетеров определить степень своего материально достатка "богатыми" себя признали только 0,21 процента опрошенных казанцев, "зажиточными" - 2,53 процента. Зато "необеспеченными" себя считают 28,98 процента, а совсем "нуждающимися" - 16,12 процента. 44,26 процента опрошенных причислили себя к категории "обеспеченных". Получается интересная вещь: в Казани "материально достаточных" граждан (сумма "богатых", "зажиточных" и "обеспеченных") несколько больше, чем "материально недостаточных".

Впрочем, радуясь этому обстоятельству, не следует упускать из виду, что определения эти полностью субъективны. Ведь одному для того, чтобы почувствовать себя обеспеченным человеком, достаточно впервые за полгода получить на руки свою зарплату, другой не может почувствовать себя "обеспеченным", пока не сменил машину на новую и не завел счета в банке. Та же социологическая проблема и с оценкой необеспеченности: у одних щи нежирны, у других жемчуг мелок.

Весьма выразительны ответы, полученные социологами у казанцев на вопрос "Что, по вашему мнению, сегодня надо предпринять для улучшения ситуации в стране?". "Повысить зарплаты, пенсии" - так считают 65,62 процента опрошенных, "остановить рост цен" - 46,50 процента, "создать рабочие места" - 26,85, "побороть преступность, коррупцию" - 25,71, "улучшить медицину" - 22,36, "строить больше жилья" - 19,75, "развивать малый бизнес" - 15,99, "улучшить образование" - 14,94, "остановить реформу ЖКХ" - 13,69, "улучшить экологию" - 10,87.

Как видим, сумма процентов больше 100, поскольку каждому респонденту разрешили давать несколько рецептов лечения России. Каков же портрет человека, который ставит галочки у каждого из этих, спору нет, замечательных предложений? Пожалуй, это будет портрет явного сторонника "жесткой государственной вертикали", пронзающей все общество сверху донизу и слева направо - от пенсионера до бизнесмена и от стройплощадки до торгового ларька.

В ходе опроса респондентов попросили оценить "рыночные реформы в республике". Результат оказался таким. 23,87 процента опрошенных считают, что "реформы только имитируют". "Все правильно" - ответили 20,61 процента, или каждый пятый. "Изменить реформы" призвали 18,30 процента, "прекратить реформы" - 9,36 процента. Затруднились с ответом 27,87 процента опрошенных казанцев.

Вариант "затрудняюсь с ответом" в данном случае можно понять как "скорее нет, чем да" (ведь "да" - это "все правильно"). Значит, самый популярный среди казанцев ответ на "рыночные реформы в республике": "Что-то мне нехорошо, но что - понять не могу...". Ну что ж, диагностировать и назначить лечение - это как раз дело будущих политиков.

Только не будем забывать, что среди них немало "родственников" рекламистов, воспринимающих себя как продукт, перед которым стоит задача завоевать электоральный рынок. А одна из главных заповедей рекламиста гласит: если не можешь адаптировать продукт под рынок - адаптируй рынок под продукт.

Марина ЮДКЕВИЧ