Вечерняя Казань / № 44 (4004) / Экономика и цены / Марат Сафиуллин: "Рустам Нургалиевич сделал гениальную вещь"

Кризис в цифрах

Марат Сафиуллин: "Рустам Нургалиевич сделал гениальную вещь"

Около полутриллиона рублей - такова суммарная задолженность крупных и средних предприятий Татарстана по итогам прошлого года. 33,6 млрд рублей из этой суммы - задолженность просроченная. Из 436,5 млрд рублей кредиторской задолженности (по платежам в бюджет и внебюджетные фонды, а также поставщикам и подрядчикам) "просрочка" - 24,3 миллиарда. Из 502,7 млрд рублей долгов по кредитам и займам просрочено 9,3 миллиарда.

Эти последние сведения о долгах республиканской экономики и.о. министра экономики РТ, доктор экономических наук Марат Сафиуллин поручил подготовить к беседе с "ВК" и получил их прямо в начале нашей встречи. Взглянул и признался: "Боялся, что будет хуже".

- Мы очень переживали, что в кризис кредиторка и дебиторка наших компаний будут вести себя неуправляемо. Ситуация была такая: объемы в экономике у нас упали, а ее затраты оставались на том же уровне - так объективно возникает проблема кредитоспособности. Боялись, что будет расти кредиторка предприятий. Да, кредиторка выросла. Но самое страшное в кредиторке и дебиторке - просроченная часть; так вот, эта просрочка в сумме по итогам 2009 г. составляет всего 3,6 процента от общего объема задолженности компаний. При этом следует отметить, что ее доля не увеличивалась существенно за предыдущие три года.

- Не шоковый размер?

- 24,3 миллиарда просроченной кредиторки и 9,3 миллиарда просроченной задолженности по кредитам и займам для всех отраслей экономики - это не шоковая сумма. Тут учтена и ситуация с Казаньоргсинтезом, за счет которой просрочка по кредитам и займам химической отрасли Татарстана в прошлом году увеличилась в 126 раз - до 6,3 миллиарда (это 67,7 процента от общего объема просроченной задолженности по кредитам в республиканской экономике). А общий объем задолженности по кредитам и займам у нашей химии по итогам 2009 г. - свыше 53 млрд рублей.

- В чем вы как экономист видите "казус Оргсинтеза"?

- Оргсинтез "просел" потому, что поверил в громкие государственные фразы - "стабильность рубля" и прочее - и сделал программу, что называется, тютелька в тютельку. Они должны были хоть с напряжением, но без проблем расплачиваться по долгам. Но когда масштаб меняется... Вот представьте, сумма кредита (зависящая от колебаний курса рубля к доллару. - М.Ю.) выросла на треть, да еще и процентную ставку банк тут же в одностороннем порядке увеличивает вдвое! Такого ни одно предприятие не выдержит. Проблема Казаньоргсинтеза потому оказалась несравнимо большей, чем у других предприятий, потому, что ни одному другому предприятию просто не доверяли в долг в таком объеме.

- А ошибка была в том, что они поверили государству?

- Частично - да.

- Аналоги ситуации с КОС в России есть?

- Нет. Но ведь Россия в целом ведет себя, к сожалению, как банановая республика. Вот китайцам все равно, какая макроэкономическая ситуация: у них главная задача - защитить рынок, своего производителя. И они свой юань, как бы их ни критиковали Европа и США, держат на низком уровне, что делает их экономику экспортоориентированной. А у нас наоборот - задирают рубль так, что любое производство становится нерентабельным.

- По вашим данным, наиболее закредитованной отраслью в Татарстане являются "операции с недвижимостью, аренда и предоставление услуг" (163,3 млрд рублей кредитов и займов). На втором месте по объему задолженности - "производство транспортных средств и оборудования (авто- и авиастроение вместе), химия - на третьем, а четвертое место, лишь немного уступая им, удерживает сельское хозяйство - 52,4 миллиарда долгов!.. Кстати, вы сказали: "Мы боялись, что будет хуже". А когда уже должно было проявиться это "хуже"? Может, оно еще впереди?

- Это могло проявиться уже в первом полугодии 2009 года. Но я могу сказать, что если бы и не было кризиса, то ситуация развивалась бы примерно по такому же сценарию. Смотрите: заметная доля просроченной задолженности - за предприятиями, которые когда-то составляли гордость нашей экономики. Электроприбор, Радиоприбор, Адонис, Спартак...

- То есть для нас болезнен не столько сам кризис, сколько внутренние проблемы нашей экономики?

- Да, кризис только обнажил и обострил проблемы. Ну, если предприятие само ни туда ни сюда... И сейчас мы видим, что по ним уже какие-то меры надо принимать.

- У меня, кажется, дежавю. Ровно год назад вы мне перечисляли эти и другие предприятия, которые "ни туда ни сюда", и рассказывали, что уже присмотрели для них партнеров за пределами Татарстана, которые заинтересованы в развитии и финансировании бизнеса на их производственных мощностях... Что опять помешало?

- Это одна из проблем нашей экономики, которую, к сожалению, мы не можем переломить. Парадокс: собственники предприятия, конечно, заинтересованы в развитии своего бизнеса, но менеджмент - вот он не заинтересован, его устраивает ситуация перманентного кризиса, при которой он, видимо, может "доить" бизнес и владельцев. Или, может быть, менеджеры не хотят принимать советов со стороны, хотя и собственных рецептов у них нет. Мы предложили возможный путь решения их проблем... Но если больной активно сопротивляется, я же не могу привязать его к койке, чтобы дать ему лекарство! Хотя иногда хочется это сделать...

- Тогда - о долгах республиканского бюджета. Около 36,7 млрд рублей долга - не Оргсинтез, конечно, но для субъекта с доходной частью бюджета в 117 миллиардов - впечатляюще...

- Во-первых, любые дополнительные деньги, дополнительные расходы бюджета - это для экономики очень здорово. А вообще, вы должны учитывать: Рустам Нургалиевич сделал гениальную вещь. Есть понятие "стоимость денег". Есть - инфляция, которая уменьшает стоимость денег. Сейчас инфляция - порядка семи процентов. Поэтому если где-то можно получить деньги под пять процентов (примерная цена федерального бюджетного кредита. - М.Ю.), их надо брать и вкладывать, и считайте, что два процента - это чистый экономический эффект от такой операции, это подарок!.

- Это как если бы мы с вами сейчас заняли 10 рублей с обязательством вернуть 11, но к моменту возврата эти 11 рублей уже стали бы равноценны нынешним девяти?

- Да, примерно так. С учетом инфляции все остальные ресурсы, даже те, которые мы получаем в виде налогов, они будут дороже, чем кредиты, которые мы берем у федерального центра. Рустам Нургалиевич - он гениальный финансист: мы взяли максимум того, что можно было получить по закону исходя из доходов нашего бюджета. Причем 732 миллиона (эти 2 процента) получили в виде подарка. Да почти весь кабинет министров можно содержать на такие деньги! А учитывая лоббистские возможности президента, я думаю, что и реструктурировать, продлить эти бюджетные кредиты нам удастся очень дешево. Ситуацию с долгом бюджета я вообще не рассматриваю как критическую.

- Больше года назад вы предупреждали, что господдержка субъектов бизнеса чревата тем, что эти субъекты могут однажды проснуться более государственными, чем им самим хотелось бы. Пошла ли господдержка впрок?

- Видите ли, дешевый ресурс - это не то что наркотик... но побуждает несколько переоценивать свои управленческие способности. Случай с Оргсинтезом многих отрезвил, и несмотря на то что можно было получить много взаймы под госгарантии, к этому подошли очень осторожно.

- Что, кто-то отказался от госгарантий?!

- Нет, но взяли в минимальном объеме. "Более государственным" никто не стал.

- Были надежды, что кризис как-то "очистит" экономику, заставит поменять подходы к бизнесу, вызовет перемену собственников или менеджеров... Этого ведь не произошло.

- У любой структуры существуют циклы развития: что возникло, то неизбежно умрет. В мире существуют порядка двухсот компаний, которые называют "вечными", потому что принципы, заложенные в них, позволяют им очень быстро адаптироваться к меняющимся условиям, брать все новое и развиваться дальше. У других это не получается, но не обязательно, что бизнес такой компании кончен - возможно, у нее появится новый собственник с новыми идеями. МакКинси как-то опрашивал успешных менеджеров, и каждый из них сказал, что минимум три раза в жизни он был в предбанкротном состоянии...

Если вы под очищением имеете в виду, что кого-то должны были выгнать - нет, такого не произошло. Но взять тот же Оргсинтез - у них теперь совсем другая финансовая дисциплина. Если раньше они принимали эффект роста рынка за эффективность своей собственной деятельности и увлекались премиями, задирали зарплату, то сейчас они строят систему стимулирования уже исходя из конкретной ситуации с продажами. Даже такой монстр, как Татнефть, урезал премии и бонусы в 2009 году, да и сейчас, хотя у них хорошая конъюнктура, они не стали наверстывать недополученное в прошлом году.

- В какой степени это зависит от сознательности менеджмента, а в какой - от того, что Рустам Минниханов там сидит как председатель совета директоров и постукивает ладонью по столу?

- А Рустам Нургалиевич - это очень важный момент, потому что он делает это предприятие социально ориентированным. Простой пример: ради эффективности Татнефти сокращали рабочих, но поскольку Рустам Нургалиевич там был, прежде чем сокращать, были созданы новые предприятия, на которые трудоустраивали этих рабочих.

...Сейчас нефтяники, нефтехимики и автомобилестроители уверенно смотрят в будущее, а именно они формируют большую часть нашего ВРП, так что у нас основания для оптимизма есть. Но есть ряд крупных машиностроительных предприятий, которые и до кризиса были в непростой ситуации, а кризис еще ее усугубил. Скажем, в 90-х годах был миф, что республика может поднять авиастроительную отрасль. Но туда надо миллиарды долларов вкладывать, чтобы получить приемлемый результат. Мы могли бы и привлечь такие деньги, но, к сожалению, стратегический альянс с Boeing`ом закрывает перспективы сотрудничества с Embraer, Bombardier и другими - словом, политические ограничения перекрывают экономические возможности республики...

- Может, надо было еще тогда, в 90-е, закрыть это, чтобы люди не мучились двадцать лет от скудного корма и бесплодных надежд?...

- Да, но эти предприятия, как и Электроприбор, и Радиоприбор, и Компрессормаш, и Сантехприбор... - они нужны для того, чтобы формировать инновационную экономику, которая невозможна без инженерии. Мы идем по догоняющей, пытаемся конкурировать с компаниями, которые вкладывают миллиарды не то что в модернизацию - в НИОКР, в фундаментальные и прикладные исследования! Нам нужно идти на стратегический альянс, как, например, Соллерс, пошедший на альянс с Fiat`ом. Да, в этом случае придется работать по их бизнес-модели, на их оборудовании, но так мы научимся, догоним, встанем вровень.

- А насколько в ходе кризиса выросла доля беднейшей части населения Татарстана?

- Доля людей с доходами ниже прожиточного минимума в республике в 2009 г. сохранилась на уровне предыдущего года - 8,6 процента. А в России в среднем этот показатель вырос и составил 13,8 процента (в 2008-м - 13,1 процента). Также можно отметить, что и дифференциация доходов между самыми бедными и самыми богатыми сохранилась на уровне 2008 года.

- Кризис кончился?

- По-моему, наиболее сложные моменты мы прошли. Но с того уровня, до которого мы упали, подниматься очень тяжело. Потихонечку, потихонечку начинаем оживать.

Марина ЮДКЕВИЧ